UssurMedia, 24 июня. Она открывает юным уссурийца музыку, знакомит с песнями и танцами, проводит первые в их жизни утренники. Несмотря на то, что работает не ради званий, однако званий у нее немало: Ирина Фёдоровна Криволап — "Почетный работник образования" с высшей квалификационной категорией, 45 лет в профсоюзе и столько же в стенах уссурийского детсада №40. За ее плечами сотни утренников и конкурсов, 45 выпусков, выросшие воспитанники и уже их внуки. А сама она до сих пор уверена: дороже всех грамот — уважение коллег и благодарность родителей, когда после праздника они шепчут: "Как вы так умеете?" С Ириной Федоровной накануне юбилея встретился корр. ИА UssurMedia и с удивлением узнал, что "музыкальная карьера" в этом детском саду началась практически с рождения.
— Как, вы ходили в этот детский сад еще малышкой?
— Да, меня сюда принесли еще маленькой. Помню, тогда мамы находились в декрете всего по три месяца и выходили опять на заводы, а нас оставляли в детском саду. Вот так и я росла в этих стенах, играла, училась первым песенкам. Потом пошла в школу, а затем поступила в музыкальное училище во Владивостоке. Окончила и вернулась в "свои" стены. Тогда сад назывался "Ручеёк", теперь — №40.
Вот так и началась моя жизнь здесь: с 1961 года воспитанницей детского сада, с 1981‑го — музыкальным работником. У меня уже 45 выпусков, и не пересчитать, сколько выпускников! Они выросли, многим сейчас по 50 лет, и некоторые приводят ко мне своих детей и внуков. Представляете, я видела уже три поколения одной семьи у нас на утренниках.
— Почему вы выбрали именно музыку?
— Мой выбор произошел очень рано. В саду была "тётя", так я маленькая называла музыкального руководителя, которая играла на пианино. Она музицировала, пела с нами. И я серьезно заболела музыкой.
На утреннике повернула голову, разглядывая Снегурочку. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
Когда пошла в школу, мне очень нравились танцы, песни, утренники — я ждала их как праздника. Не знаю, просто тянуло все время на сцену. И тогда я маме заявила: "Мама, купи мне "пианинко".
Мама вздохнула: "Ты знаешь, сколько оно стоит?"
А я только повторяла: "Пианино, купи мне пианино".
Помню, назвали цену — 600 рублей. Для тех времен это была неподъемная сумма: ведь зарплаты были чуть более 100 рублей. По сути, это был годовой заработок, чтобы купить дочке инструмент. Но я выдавила из нее согласие: "Давай попробуем, получится у тебя или нет". И у нас появилось пианино.
Когда пришло время поступать в музыкальную школу, экзамены были серьезные: целая комиссия, человек 10: баянисты, скрипачи, духовые. Я пришла и говорю: "Я на пианино хочу". На экзамене я пела, подстукивала ритм. Всё получилось на "пять". И меня стали переманивать: один преподаватель звали на балалайку, другой на баян, третий на скрипку. Я аж расплакалась, не хотелось никуда идти, только на пианино, но боялась, что меня вообще тогда не возьмут в школу. Педагоги успокоили: "Да ты не расстраивайся, конечно, мы тебя возьмем, ты же идеальная девочка". И меня зачислили на класс фортепиано. Так начались семь лет учебы.
— Музыкальная школа находилась же очень далеко от вашего дома!
— Да, и при этом меня никто не возил, я сама добиралась на занятия на двух автобусах с чемоданчиком в руках. Сначала на одном автобусе доезжала до рынка, там пересаживалась на другой, выходила на площади и шла в школу на улице Пушкина. Этим же путем возвращалась обратно. И так каждый день пять раз в неделю, не важно, мороз на улице, снег, дождь: сольфеджио в один день, специальность в другой, музыкальная литература в третий, хор в четвертый — расписание было плотное, как по нотам.
— За семь лет учебы у вас не было желания бросить?
— Нет, ни разу. Мне все нравилось. Особенно хор Людмилы Егоровны Бондарь (Почетный гражданин Уссурийска с 2011 года — прим. ред.). Это удивительная женщина и строгий преподаватель. Если кто-то не учил партию, всем ставила "двойки". Я как‑то ее спросила: "Почему мне "два", если я выучила?" — ей важно было, чтобы пели все, а не одна "звезда". Она ставила нам трехголосье, четырехголосье — и это было настоящее волшебство. Хор мне очень нравился, и в училище тоже хор был моей большой радостью.
— Вы действительно поступили в музыкальное училище, чтобы стать музыкальным работником в детском саду, шли к своей давней мечте?
— Я поступила в музыкальное училище специально, чтобы стать музыкальным работником! Да‑да, четыре года учебы, и ни разу не пожалела. В училище мне очень нравилось. Учеба шла легко и с радостью.
Молодой специалист, первый год работы. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
Когда пришла устраиваться в сад, заведующая Нина Васильевна Даций меня попросила сыграть: "Ну-ка, что умеешь?" Я села за инструмент и сыграла. "Прекрасно!" — сказала она и попросила трудовую книжку. Так началась моя работа. Был 1981 год, мне тогда было 20 лет, а моим коллегам по 35, уже опытные воспитатели со стажем: Валентина Яковлевна, Вера Александровна, Тамара Сергеевна...
Честно говоря, я чувствовала себя "пигалицей" среди них. На первом собрании я сидела в сторонке и с ужасом думала: "Боже мой, куда я попала?"
Нина Васильевна говорит: "Уважаемые коллеги, у нас новый сотрудник Ирина Фёдоровна. Встаньте, покажитесь!" Я вставать, а у меня колени трясутся!
Но меня приняли очень хорошо. Поначалу было страшно: одно дело учиться, другое — вести занятия, ставить утренники, общаться с родителями. Но я не любила просить советов, сама писала сценарии, искала идеи. И вот уже несколько десятков лет так и работаю, сценарии до сих пор пишу сама. И отношения с коллегами теплые, почти семейные.
Ирина Федоровна. Фото: предоставлено И.Ф. Криволап
— А помните ваш первый утренник?
— Помню очень хорошо. Это был осенний бал, буквально через два месяца, как я устроилась на работу. Нас готовили в училище, конечно, как строить утренники, как расставлять детей... Но одно дело — теория, другое — повторить на сцене, чтобы все пели, плясали, выстраивались по местам. Я очень переживала, но дети ко мне привязались с первого дня.
Осенний бал прошел тепло. После родители писали благодарности: "Какая красота! Дети поют, дети пляшут, какие красавцы!" Затем шёл Новый год с Дедом Морозом, хороводами. Раньше праздников было гораздо больше: 1 сентября, 7 ноября, Новый год, Рождество, 23 февраля, 8 Марта, День рождения Ильича, 1 мая, 9 Мая, выпускной — весь год был заполнен событиями. На Первое мая обязательно были украинские танцы, грузинские, белорусские и другие пляски, то есть, все, что требовалось по программе СССР. Костюмы шили, подбирали, разрабатывали хореографию, это было интересно и живо.
— За эти годы вы не разочаровались в профессии?
— Совсем нет. Я прикипела к музыке настолько, что и не представляю себя в другом деле. Это творческая работа: каждый раз, как сажусь писать сценарий, хочется чего‑то нового. Девчонки смеются: "Зачем опять?" — а я люблю и хочу новизну.
Представляете, в этом году у нас было четыре выпускных, сто двадцать человек. Подготовить каждого, чтобы он выступил — это большая работа: родители приходят как делегации, и глаза у них на ребёнке. Они потом спрашивают: "Как вы так?" — и это приятно.
— Кстати, как вы так делаете? Современные дети ведь другие, они не любят петь и танцевать.
— Не все. Сейчас дети, конечно, по‑другому воспитаны: многое доступно, избалованы телефоном и интернетом. Но у меня все поют. Я не кричу, я с ними играю, подпускаю к музыке через удовольствие. Главное — не заставить, а научить любить процесс. Бывают неусидчивые ребята, крутятся, мешают другим. Я подхожу, говорю: "Ты же хороший", беру за руку — и все встает на место.
В этом году выпускники плакали навзрыд: и мальчишки рыдали, обнимали меня, сопли текли…"Федоровна, мы не хотим от вас уходить". А я говорю: "Вы же будете приходить".
— Как вы находите таланты и развиваете их?
— Они приходят на занятия сами, кто поет, кто любит читать, кто танцует. Я вижу их с яселек: веду малышей, затем среднюю, старшую и подготовительную группы. И к моменту выпускного они у меня уже настоящие личности.
Ходил в сад скромный-скромный мальчик. Я ему говорю: "Вань, ну давай, выучим стихотворение". Он: "Я один как-то боюсь". "Девочку тебе поставлю в пару".
Нашла стихотворение про папу, который потерял в детском саду ребенка. В садике выучил, а как на конкурс ехать, опять боится. Я ему говорю: "Не переживай, я с тобой, никуда не денусь". И вот он как разошелся, как начал выступать! На выпускном настоящий артист был, бабушка аж плакала: "Ирина Федоровна, что вы с ним сделали, он же у нас стеснительный!"
Участвуем обязательно в городских конкурсах. На конкурсе "Страна чудес" (0+) у меня и поют, и танцуют, и читают. Я ребятам всегда говорю: "Вот то, что я вам дала, отдайте мне, пожалуйста, постарайтесь на сцене. Договорились?" Вот оттуда, собственно, и награды.
С воспитанниками. Фото: предоставлено детским садом № 40
Помню, раньше проходил фестиваль "Звёздочки надежд" (0+), там было шесть номинаций — художественное слово, песня, оркестр, танец, театр, и ещё заключительная шестая номинация. Мы выступили. Приезжаем на объявление результатов. За одну номинацию — первое место, за вторую — первое, за третью — опять первое. Все первые места! А когда дошло до итогов, жюри спрашивает зал: "Как вы думаете, кто у нас лауреат?" И весь зал кричит наш детский сад. А у меня аж слезы, по всем номинациям мои дети взяли первое место.
А ведь в первый год все было совсем по‑другому. Я только пришла работать, а мне сообщают про конкурс оркестров в Доме пионеров. Думаю: "Ну как мне участвовать наравне с опытными коллективами?" А Нина Васильевна: "Сможешь. Ты всё сможешь. Уже сколько работаешь? Уже полгода работаешь!"
В саду подготовила оркестр: на металлофонах играют, на ложках и так, и сяк, и сидя, и стоя, и с колена. Привезла детей на конкурс, человек десять, наверное. И они как выдали там! По залу шепот: "Кто такие? Откуда звёзды?" В итоге мои оказались лидерами в Уссурийске.
Награды. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
Вот такие моменты. Поэтому и работаем дальше. И нет у меня желания куда‑то уходить. Сейчас иду в отпуск, а в голове мысли крутятся о сценарии Дня осени. В новый учебный год все начнется заново. Спасибо родителям за благодарности, прямо говорят: "Ну так интересно! Сколько по садам ходим — такого не видим".
С воспитанниками. Фото: предоставлено детским садом № 40
— Как муж относится к вашей такой творческой профессии?
— Муж очень гордится мной, он замечательный, добрый и отзывчивый человек. Я всегда говорю, что моя большая ценность в жизни — это семья — муж, две дочки и четыре внучки. Кстати, они все тоже ходили в "мой" детский сад.
С воспитанниками. Фото: предоставлено детским садом № 40
