Концерт, где звучала не только музыка, но и память Василия Сучкова прошел в Уссурийске

А после нее на сцену выходили десятки людей — совсем юные вокалисты, ребята постарше и уже опытные артисты, делившиеся историями, какой след в их музыкальной истории оставил Василий Викторович.

Организатор вечера, его ученица и психолог Наталья Михалевская говорит, что идея концерта появилась ещё летом:

"Для студии "Стелс" его уход был настоящей трагедией — от мала до велика. Мы договорились, что обязательно проведем вечер памяти и будем делать его регулярно. А недавно просто в какой‑то момент сказали друг другу: “Давайте, пора собираться”".

Наталья Михалевская пришла к Василию Викторовичу всего пять лет назад — взрослой, с танцевальным прошлым и полным отсутствием веры в свой голос.

"Я никогда не пела, только танцевала. Спрашиваю: “Всех можно научить петь?” Он отвечает: “Всех, без исключения. Ты же говоришь — значит, голос есть. Ты слышишь — значит, и слух есть, даже глухих можно учить”. Он никогда не говорил: “Это не твое, у тебя не получится”. Именно за это его так любили дети и взрослые — он не ставил границ мечтам", — вспоминает Наталья.

Студия "Стелс" после смерти любимого педагога не распалась. Кто‑то ушел в другие коллективы, кто‑то продолжает заниматься уже у нового педагога, а часть учеников поступила в колледж культуры. Но общий чат в мессенджере живет: там до сих пор обсуждают номера, шутят, делятся воспоминаниями о репетициях с Василием Викторовичем.

Особенной гостьей вечера стала мама музыканта — Нина Николаевна Вдовенко. Она приехала из Камня‑Рыболова, где прошли детство и юность ее сына. На вопросы о нем отвечает просто, по‑матерински, и от этого ее слова особенно цепляют:

"Сын… Какой он был? Сын он есть сын. С детства к музыке тянулся: лет в десять уже запевалой в школьном хоре был, потом в оркестре и пел, и играл. Музыкой занимался с детства и до самой смерти".

У Нины Николаевны трое детей, но именно Василий стал тем, о ком говорят "талант от Бога".

"Это мой первенец, любимый сынок. Дочь тоже поет, и я пою, так что, наверное, все у нас генетически. А то, что сегодня в его честь устроили такой концерт, — для меня это огромная радость и благодарность всем, кто помнит", — говорит Нина Николаевна, с трудом сдерживая слезы.

Директор Дома офицеров Российской армии Кадир Талипов вспоминает, что познакомился с Сучковым по работе, но очень быстро увидел в нем гораздо больше, чем просто музыканта.

"За три с лишним года он создал у нас студию эстрадной песни “Стелс”, привлек столько ребят, что зал редко пустовал. Ребята много выступали, привозили дипломы, "делали имя" нашему Дому офицеров. Но главное — его гражданская позиция. Когда началась война в Сирии, он одним из первых полетел поддерживать наших бойцов. Потом, когда началась специальная военная операция, снова первым написал заявление — уже понимая, куда едет".

Самые яркие его воспоминания — не про громкие сцены, а про те минуты, когда было и холодно, и страшно.

"На Украине бывали моменты, когда всем было тяжело. И вот в такие минуты он вставал и говорил: “Так, Серёг, бери баян, сейчас спою”. После его песен становилось легче, как будто кто‑то включал свет", — поделился Кадир Талипов.

Для многих учеников этот вечер стал поводом не только вспомнить, но и наконец‑то спеть то, что они долго готовили вместе с педагогом. Ученица Екатерина Ворона пришла к Василию Сучкову по совету врача — для здоровья, без планов на сцену.

"Мне казалось, это будет просто упражнение “для легких”, — улыбается Катя. — А он стал брать меня на конкурсы, давать сложный репертуар. Его, наверное, последний подарок — песня, которую я исполняла сегодня. Это кавер композиции Creep группы Radiohead в исполнении Postmodern Jukebox и Haley Reinhart. Мы долго ее готовили, хотели вынести на конкурс, но не успели. И вот сегодня я пою ее здесь — как знак для него, что мы все‑таки это сделали".

Екатерина продолжает заниматься вокалом в другой студии и вспоминает, что первый педагог для нее и других учеников был как отец.

"К нему приходили — и можно было выдохнуть, расслабиться, просто быть собой. Выходишь после урока не уставший, а радостный. Его смерть показала: да, у него не было миллионов и всероссийской славы, но посмотрите, сколько людей сегодня в зале. Он до сих пор с нами, просто уже немножко по‑другому".