UssurMedia, 30 апреля. В обычной жизни Татьяна Чичкина ведет театральный кружок, учит детей актерскому мастерству, Денис Гончар работает психологом в центре медицины катастроф, а по вечерам и в выходные эта обаятельная пара помогает приморцам чувствовать музыку и ритм: уже 10 лет Татьяна и Денис преподают аргентинское танго в Артеме и во Владивостоке, а теперь приезжают и в Уссурийск, создав здесь свой клуб. Корреспондент ИА UssurMedia накануне Дня танца побывал на милонге и узнал, почему танго — это не про медали, как научиться обниматься и зачем возить танцевальные туфли в командировку.
— Татьяна, Денис, когда мы с вами договаривались о встрече, вы сказали, что приедете из Хабаровска. Если не секрет, поездка была связана с танго?
Татьяна: Да, мы с Денисом третий год учимся в Хабаровске на преподавателей аргентинского танго. В июне надеемся сдать последний экзамен и получить сертификат. Единственная возможность выучиться — отправиться в Аргентину. Но в 2023 году нам очень повезло. Преподаватель Татьяна Герасимова из Хабаровска долго мечтала учиться у аргентинцев, но для этого нужно было жить в той стране, так как обучение только очное. И когда она решилась поступать, в мире случился COVID. Она успела съездить на один месяц, потом все перешло на дистанционный формат. Таким образом жительница Дальнего Востока стала единственной в России, кто закончил это обучение. Когда она была на последнем курсе, мы попросили: "Давай уже нас тоже учи". Татьяну аттестовали как носителя аргентинской культуры на русском языке.
Денис: Раз в месяц мы ездим на выходные в Хабаровск, где учимся у аргентинцев онлайн и офлайн. В субботу и воскресенье с утра до ночи танцуем. Потом нам "пачками" дают домашние задания. Мы уезжаем домой, готовимся, приезжаем обратно и сдаем. Вот так из месяца в месяц третий год.
Татьяна: Если бы мы знали, во что ввязываемся, я бы не стала! (Смеется.) Хотя нет, я знала, на что иду.
татьяна и Денис. Фото: предоставлено педагогами
— Очень интересно, как же вообще в вашей жизни появилось танго?
Татьяна: Я впервые увидела танцующих аргентинское танго ребят в 2000 году. Тогда я занималась бальными танцами, и вдруг вижу: люди танцуют что-то странное, но интересное. Вроде звучит вальс, но не бальный вальс. Я к ним подошла, спрашиваю: "А это вообще что было?" Они говорят: "Это был аргентинский вальс". Я говорю: "Хочу!"
В конце 2004 года во Владивостоке открылась первая школа, где стали обучать танго. Это были первые уроки на Дальнем Востоке, ведь кроме Москвы и Санкт-Петербурга больше нигде в России танго не занимались. Занятия проходили раз в неделю по субботам. Четыре субботы подряд учили по одной фигуре, и на пятый вечер устраивали милонгу — вечер танго, где мы эти фигуры связывали вместе и танцевали. Я не смогла прийти на первые четыре занятия, пришла только на пятый вечер — как раз отмечали Рождество 2005 года. Вот с этой даты я и веду отчет. В этом году 21 год, как я танцую аргентинское танго.
Денис: Меня в 2010 году на занятие позвала коллега. Так как было много работы и свободного времени, которое я не знал, чем занять, я подумал: почему бы и нет? Мне нравилась идея танцевать, но, знаете, все-таки в голове была мысль, что мужики не танцуют. Однако я пошел! И на первом же занятии понял: можно не наряжаться в облегающие костюмы со стразами, не мазать волосы гелем, не делать вычурных движений. Нужно просто обнять партнершу и под музыку с ней куда-то шагать, предлагать ей движения. Это естественно и спокойно. Я сказал себе: "Я буду это танцевать".
И стал ходить на все занятия, и для начинающих, и для продвинутых, и на милонги. 24 на 7: работа, после работы танцевать. Так несколько лет. А потом мы познакомились с Татьяной .
Татьяна: Точнее, мы познакомились в клубе почти сразу, но сначала не общались, ведь я уже преподавала, а Денис был еще совсем юным в танго-возрасте. Потом какое-то мероприятие, еще что-то... Все закрутилось, завертелось, как бывает в жизни. Мы стали танцевать вместе.
татьяна и Денис. Фото: предоставлено педагогами
— Вы были очень юной девушкой. А в таком молодом возрасте можно увлечься танго?
— Кстати, я не была самой молодой. Самой юной была 15-летняя девочка. Ее привел папа. Он пришел, посидел на двух занятиях, в его глазах читалось непонимание: зачем и почему взрослые люди что-то танцуют? Затем объявил: "Вот моя дочь, я вам ее доверяю", и ушёл. Наши преподаватели стали с ней заниматься.
— А почему вы решили стать преподавателями?
Денис: В 2011 году произошло то, что обычно происходит: бывает не только развитие, но и спады. Людей в клубе стало очень много, и среди них появились хорошие танцоры. Кто-то сказал: "Я хочу на сцену". Кто-то заявил: "Я хочу зарабатывать деньги, это же бизнес". И одни стали поддерживать одно направление, другие — другое.
Татьяна: А третьи сказали: "Мы не хотим ни сцену, ни бизнес, мы просто хотим заниматься, танцевать, изучать". В 2015 году мы сначала открыли клуб как филиал одного из этих двух, а затем и свой.
Денис: Я, наверное, слишком длинной дорогой веду рассказ, чтобы объяснить, почему мы стали преподавать аргентинское танго, не будучи аргентинцами. Мы увидели, что разделение привело к тому, что многочисленные милонги исчезли. Люди перестали приходить, количество учеников уменьшилось.
Татьяна: Что прежде чем танцевать на милонгах, на которых мы хотели танцевать, надо этих людей вырастить. С кем-то же надо танцевать.
Денис: Тогда возникла проблема с преподавателями. Каждый, кто немного позанимался, решил, что уже может преподавать. Уровень сразу становится виден, когда ты наблюдаешь, как танцуют и преподают профессионалы, и когда дилетанты. Мы всячески боролись с этим, но единственный способ — это твой личный высокий уровень.Чтобы человек сказал: "О, я хочу танцевать так, как танцует он, я хочу учиться у него".
Татьяна: В октябре исполнилось 10 лет нашей школе.
На уроке танго. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
— Уссурийск — это уже третий город, где вы преподаете. И я знаю, что вас уговорили местные любители танго на это...
Татьяна: Да-да. Они очень долго нас уговаривали, почти два года. Весь прошлый учебный год, с сентября по май, мы ездили преподавать в Уссурийск раз в две недели.
Денис: Мы были покорены и восхищены желанием уссурийцев танцевать аргентинское танго.
Татьяна: Как они друг за друга держатся, переживают, если у кого-то что-то не получается, помогают.
И вот это нас покорило, потому что мы сторонники таких отношений. И у себя в клубе мы стараемся культивировать такие отношения.
Денис: Наши ученики нам помогли найти зал. Люди ходят, они счастливы, что имеют возможность заниматься. Сейчас мы хотим набрать группу новичков.
Татьяна: Потому что подходят новые люди, и так как здесь уже танцующие, им тяжело и немножко страшно вливаться. Хотя это хорошая практика, когда нетанцующих людей немного, а группа большая.
— Я и хотела узнать: к вам-то сюда пришли люди, которые вас позвали, которые занимались танго и знают, какие вы преподаватели и чему можете научить. А новичкам как объяснять, что такое танго и как их заинтересовывать?
Татьяна: Для новичков танго — это социальный танец.
Денис: В мире танго существуют три танца: это танго, это милонга — быстрый, весёлый, озорной танец, и аргентинский вальс. Но очень важной культурной составляющей аргентинского танго является музыка. Она вроде бы похожа на европейскую, но там внутри "зашит" африканский ритм, там смесь андалузского, множество других мелодий со всего мира, потому что Аргентина — это был тот котел, в котором варились культуры множества стран: Европа, Азия, Африка, Северная Америка. Со всего мира приезжали люди, причем этих волн миграций было очень много.
Татьяна: Даже если взять традиционный танго-оркестр: контрабас, это рояль, скрипка и бандонеон. Так вот, бандонеон не является аргентинским народным инструментом. Это немецкий ручной орган, который оказался в нужное время, в нужном месте. В Германии не так много людей знают о его существовании, как в Аргентине!
— На какой счет танцуется танго?
Татьяна: Изначально ритм был две четверти, сейчас, начиная с тридцатых годов прошлого века — четыре четверти. Раз-два-три-четыре. Но можно не привязываться к ритму, можно привязаться к мелодии.
— А в Уссурийске, кстати, проходят милонги, или сегодня будет первая?
Татьяна: Нет, они проводятся, но вот конкретно, которые мы будем проводить, это будет первая. В прошлом году мы проводили, каждые две недели они проходили.
Татьяна чичкина. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
Денис: В Уссурийске есть школы танцев, которые преподают аргентинское танго. К чести владельцев этих школ, они сумели заинтересовать людей танцем. Но аргентинское танго требует от преподавателя погружения. Это не просто выучили какие-то движения и их вместе с учениками разучили. Это изучение основ музыкальности аргентинского танго. Это биомеханика, потому что она отличается от танцевания всех других танцев.
Татьяна: И у преподавателя должна быть философская идея, так можно сказать.
Денис: И, конечно же, если ты хочешь заниматься аргентинским танго, преподавать, то тебе надо очень много времени на это тратить. А если у тебя школа, где изучают разные танцы, то, конечно же, ты не разорвешься.
Денис Гончар. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
Татьяна: Такие школы существуют в России, их достаточно много, называются мультидэнс. И они идут по простому пути. Допустим, организаторы этой школы любят из всех направлений, допустим, сальсу. Они сами преподают сальсу, а остальные направления ведут хорошие преподаватели, которых они приглашают.
Денис: Для того чтобы была такая мультитанцевальная школа, нужно, чтобы населения было очень много.
Татьяна: Иначе возникает конкуренция в одной школе между направлениями. В больших городах, таких как Москва, Санкт-Петербург, Иркутск, в котором я точно знаю, есть такая школа, у них с этим проблем нет.
Денис: В Приморье, как ни странно, природные ресурсы в туристическом плане замедляют развитие танго. Потому что людям есть чем заняться. В Артёме летом школа просто вымирает.
Татьяна: То есть ты приходишь на занятия, а на занятии никого нет, потому что сегодня погода прекрасная и все уехали на море с туфлями в багажнике. Поэтому мы стали делать танго-лагеря.
Денис: Мы выезжаем на базу отдыха на неделю с понедельника по воскресенье. Днем купаешься, отдыхаешь, а вечером тебя ждет танго-занятие. А осенью у нас проходит лагерь с уклоном в фольклор, потому что это еще одно танцевальное направление. В Аргентине множество народных танцев, а у нас русский социальный танец практически отсутствует. Может быть, я ошибаюсь, может быть, есть какие-то апологеты, которые скажут: "Нет, у нас все есть, просто вы не знаете". Возможно. Но вот о существовании русского социального танца мы не знаем.
— Вот, кстати, хотелось бы такое....
Денис: Во всем мире прекрасно известен наш русский балет. Наш маэстро, который к нам часто приезжает, всегда шутит: "Ну что ты танцуешь, как Барышников?"
— Это кто говорит про Барышникова?
Денис: Наш маэстро Элкин Герра.
— Он аргентинец?
Татьяна: Колумбиец. Но с танго познакомился в Париже, будучи совсем молодым. С детства танцевал народные колумбийские танцы, а потом уехал учиться в Буэнос-Айрес и там изучал танго у звезд первой величины.
Денис: Он является носителем системы аргентинского танго. А если говорить о русских танцах, у нас есть балет, есть прекрасные танцоры бальных танцев как спортивного вида. И именно бальники привезли танго в Россию.
Татьяна: Они выезжали за рубеж на конкурсы, там увидели танго. Во Владивосток его привезла танцовщица, которая в Лондоне увидела афишу, влюбилась, взяла уроки и приехала сюда со словами: "Всё, мы теперь танцуем танго".
Денис: Но бальники постоянно пытаются "затащить" танго в рамки своего понимания: конкурсы, медали, соревнования. Бальный танец превратился в спортивный. А танго — это про другое.
— А у вас есть ученики, которые хотят медали?
Татьяна: К счастью, нет.
Денис: Но у нас есть проблема: для популяризации танго нужны выступления, показательные номера. А наши ученики говорят: "Станцевать на сцене? Ой, нет, можно без нас?"
Татьяна: Хочется, чтобы люди видели танго. Поэтому иногда приходится буквально вытаскивать учеников на сцену. Ставим две-три пары, танцуем. И когда всё заканчивается, они выходят: "Ой, это было так классно, так здорово!" Но надо приложить массу усилий, чтобы они вышли.
— А бывает, что танго меняет человека?
Татьяна: Очень много людей находят в танго друзей. С возрастом это особенно важно. Сейчас к нам приходят семейные пары, которые прожили 30-40 лет вместе и ищут хобби на двоих. У нас есть пара учеников: люди переехали из другого города, ничего не знали, никого не знали, пришли в клуб, обросли друзьями. Человек — социальное существо. А когда ты танцуешь танго, у тебя уже свой клуб в любом городе. Ты приезжаешь, заходишь: "Привет, ребята, я из Уссурийска!" Все такие: "О, в Уссурийске тоже танцуют!" Это очень здорово.
Денис: Кто танцует танго, всегда кладет туфли в чемодан. Даже если едет в командировку и не знает, есть ли там танго. Я могу по себе сказать: я всегда кладу танцевальные туфли. Вдруг удастся? Я как-то ехал в Москву в командировку, положил туфли. Москвич, который не танцует танго, узнал, что я интересуюсь, нашёл мне места, объяснил, как проехать. Люди классные, даже те, кто не танцуют, узнают об этом мире и рады помочь.
На уроке танго. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
— Когда ваши ученики дают повод для гордости, что вы можете сказать: "Ну вот, ты вообще молодец"?
Денис: Когда с ними хотят танцевать. Когда ты смотришь и ты видишь их на танцполе. Партнеры априори популярны просто потому, что их мало...
Татьяна: Даже если парнер не очень хорошо танцует, он все равно будет востребован. А вот партнерша — если она зашла на танцпол, и ее начинают все приглашать раз за разом, ты понимаешь: "Ты воспитал суперученика". И это не зависит от внешней красоты. Абсолютно.
Женщина может быть совершенно обычной, но она вышла, станцевала, а партнер говорит: "Она божественная, так шикарно двигается". Все, больше ничего не надо.
Денис: Главное — научить людей обниматься, потому что в России люди не умеем обниматься.
Преподаватели танго. Фото: Анна Маринец, ИА UssurMedia
— Наверное, мы так воспитаны...
Денис: Первое, с чего начинается танго — это объятия. Это традиция. Когда ты видишь, что люди зашли, и первое, что они будут делать — будут обниматься, все, можно сразу быть уверенным на 99,9%, что это встретились люди, танцующие танго. Обниматься нужно для того, чтобы понять...
Татьяна: ...хочет ли парнерша с тобой танцевать. Через объятия сразу понятно. Она рада тебя искренне видеть или ты ее в прошлый раз чем-то обидел. Это сразу через объятие прочитывается.
Денис: Если незнакомая партнерша, при объятии ты понимаешь, как давно она танцует. А готов ли ты? Может быть, ого, это такой уровень, который я не потяну?
Татьяна: Существуют же исследования врачей, психологов, что несколько минут в день надо обязательно пообниматься, чтобы быть счастливым.
Так вот, я всегда говорю, что танго — это танец счастливых людей. Мы все время обнимаемся. У нас есть еще один профессиональный праздник — День объятий. Мы его празднуем на уровне, как и День танго.
